Асиенда.ру
Перейти на неадаптивную версию сайта
Опубликовала natalia_lari в группе Завалинка.

Наказаны любовью/глава 18

Наказаны любовью/глава 18
Пролог https://www.asienda.ru/post/28326/
Глава 1 https://www.asienda.ru/post/28362/
Глава 2 https://www.asienda.ru/post/28464/
Глава 3 https://www.asienda.ru/post/28464/
Глава 4 https://www.asienda.ru/post/28500/
Глава 5 https://www.asienda.ru/post/28560/
Глава 6 https://www.asienda.ru/post/28593/
Глава 7 https://www.asienda.ru/post/28651/
Глава 8 https://www.asienda.ru/post/28663/
Глава 9 https://www.asienda.ru/post/28710/
Глава 10 https://www.asienda.ru/post/28736/
Глава 11 https://www.asienda.ru/post/28791/
Глава 12 https://www.asienda.ru/post/28803/
Глава 13 https://www.asienda.ru/post/28836/
Глава 14 https://www.asienda.ru/post/28849/
Глава 15 https://www.asienda.ru/post/28876/
Глава 16 https://www.asienda.ru/post/29002/
Глава 17 https://www.asienda.ru/post/29079/


Глава 18

Музыка лилась, она наполняла все пространство вокруг, заставляя двигаться в такт. Танцующая пара, казалось, не замечала ничего вокруг, в тот момент существовали лишь они одни.

Кристина в последний момент с трудом повернула голову, избежав его поцелуя. Борясь с собой, стремясь к нему, она уронила голову ему на грудь. Как бы ей хотелось ощутить вкус его губ. Сладость и терпкость его поцелуя, но где-то в самом дальнем уголке ее сознания билась одна единственная мысль – нельзя, они здесь не одни. Господи, Энрике, что он подумает.

- Роб, прошу, тебя, - она напряглась в его руках. – Прости, - сколько же было в этом слове боли и грусти.

Затуманенным взором Роберто пытался сконцентрироваться, но в данный момент ему хотелось схватить ее, сжать в своих объятиях, увести куда-нибудь, где они наконец-то смогли бы остаться наедине. Почувствовав ее напряжение, он чуть ослабил свое объятие, боясь напугать, слишком яркое воспоминание было о вчерашнем вечере.

- Прошу тебя, уйдем, - Роберто уже держал дистанцию. Кристина чувствовала, что это ему давалось с трудом. – Крис, - он заглянул в ее глаза с такой мольбой, надеждой и тоской в то же время, - не отказывай, прошу тебя.

Он старался говорить мягко, но в то же время давая ей почувствовать свой напор. Кристина понимала, что он просто так не отступится. Как же хотелось в этот момент забыть обо всем, кинуться в омут с головой, выбросив все проблемы и заботы из головы.

- Я здесь с Энрике, что он подумает, - женщина цеплялась за последние остатки своего самообладания, а ведь ей так хотелось позволить себе пойти у него на поводу, но в то же время не могла себе этого позволить.


- Энрике, - Роб чуть сильнее сжал ее ладонь, другой же рукой притянул ближе, нарушая дозволенную дистанцию в танце. – Мне все равно, - жестко произнес он, вновь став таким, как тогда в кабинете, когда он требовал лишь одного, наплевав на все условности. И в то же ревность закралась в душу. - Что вы тут делаете? – как можно небрежнее спросил он, и тут же, увидев, что она нахмурилась, смягчившись, добавил, - позволь узнать?

Кристина пыталась не сбиться, хоть Роберто ее и поддерживал, вел в танце, она все же споткнулась один раз. Ей совершенно не хотелось оправдываться перед ним, но и давать ему еще один повод для сомнения было глупо, итак было слишком много недомолвок, обид.

- Мы обсуждали дела, - выдохнула она, и предупреждая его новый вопрос, добавила, - просто рабочие дела, - его недоверчивый вид, и жесткость объятия, говорили сами за себя.

Он жаждал обладать ею, и всем своим видом стремился показать, что она принадлежит ему. Любой, кто сейчас бы увидел их, понял, что их связывало нечто большее. Как же хорошо она его знала, он не изменился за эти годы. Хотя, ну почему она сама себе противоречила: то изменился, то нет.

Разозлившись и на него, и на себя, она сказала:

- Перестань вести себя как ревнивый муж, - ее голос слегка дрожал.

Роберто остановился, прерывая танец, поддержал Кристину, которая чуть не упала из-за это. Момент был упущен. Танец так и не был закончен. Мужчина властно взял ее за руку и повел к столику, за которым сидел Энрике,

Энрике пил вино и поверх бокала наблюдал за ними. Про себя отметил, что те поссорились в танце, хотя все так романтично начиналось. Он невольно стал свидетелем этой сцены.

Паула совершенно не понравилось все это. А еще вчера они разговаривали о будущем. Какое оно теперь это будущее? Одно Энрике понял, что Кристина тоже была неравнодушна к Роберто, но разве такое возможно было всего лишь за те несколько дней, что они виделись?

Паула, стоявшая у другого столика, увидела наконец-то Энрике. Поняв, куда направляется Роберто с Кристиной, она поспешила к ним.

- Роберто, хватит злиться, - одернула его Кристина. – Перестать вести себя как мальчишка.

- Мальчишка, - Роберто резко остановился? – Когда-то я себя так вел, - он выпустил ее руку из своей, - но спасибо, попались хорошие учителя, - он поклонился. – Благодарю за танец.

Это и услышал Энрике, приподняв бровь от удивления. Слишком интимно, слишком открыто они вели себя друг с другом. Создавалось ощущение, что они давно были знакомы друг с другом. Он чуть склонил голову, пытаясь понять, уловить то, что витало в воздухе между ними, но никак удавалось ухватить.

Роберто не стал помогать Кристине присесть за стол, он лишь сурово взглянул на Энрике, кивнул ему, развернулся и тут же наткнулся на Паулу.

Даниэль сделал шаг, чтобы подойти к матери, но Виктория тронула его за плечо, взяла за руку.

- Даниэль, прошу тебя, уйдем, - она практически повторила слова своего отца. – Ты же видишь, они здесь не одни, - она с грустью отметила, что папа в своем репертуаре, у него очередная дамочка, при чем достаточно молодая. – Папа просто танцевал, он здесь не с Кристиной, посмотри.

Карлос и Сабрина молча наблюдали. Оба не вмешивались в разговор. Карлос испытывал смешанные чувства: с одной стороны ему было приятно видеть Кристину, как та улыбалась, но с другой стороны – кому она улыбалась, с кем танцевала. Он никогда не видел ее такой. Он не понимал.

Сабрина почувствовала тоску. Она видела, как Кристина смотрела на Роберто. А ведь она ниразу так не смотрела на отца, от этого становилось больно и неприятно. Осознавая, что отца не вернуть, Брине хотелось плакать, но понимая, что ее мама живой человек, что она еще могла стать счастливой, желала ей этого всем сердцем.

Сабрина подошла к Даниэлю с другой стороны и прижалась к нему.

- Бри? – Даниэль был растерян.

- Оставь, Дани, - со слезами в голосе произнесла девушка. – Оставь их. Они сами разберутся. Ты же видишь, они не одни, пойдем.

Они вышли на улицу. Лишь у двери Виктория и Карлос оглянулись и увидели, как Паула размахнулась и со всей силы залепила Роберто пощечину. Он дернулся, совершенно этого не ожидая. Кристина ахнула, закрыв рот рукой. Энрике встал.

Виктория покачала головой, жалея отца. Ему нигде не было покоя. Почему он постоянно связывался не с тем женщинами? Карлос опешил. Такие страсти. Он никогда не видел, чтобы Роберто открыто изменял Паломе, только был наслышан об этом, но сейчас стал свидетелем этой неприятной сцены. Потянув Викторию за руку, они вышли на улицу.

Сабрина и Даниэль стояли рядом, потерянные, они никак не могли понять, не могли дать объяснений тому, что увидели.

- Бри, как же так? – Даниэль сунул руки в карманы.

- Дань, я не знаю. Папа, он… Мама…, - Сабрина всхлипнула.

Даниэль обнял Сабрину. Виктория с Карлосом не знали, как им быть. Слова утешения, навряд ли сейчас будут им услышаны. Да и события вчерашнего дня еще были так свежи в памяти.

- Знаешь, я конечно мог предполагать, что мама, когда-нибудь.., - он замолчал, потом продолжил, - ну что у нее кто-нибудь кто-то появится, но так быстро и кто… Не понимаю. Тем более после всего того, что мы узнали, - он бы в полной растерянности.

- Все непросто, - согласилась с ним Сабрина. - Мама страдала, они с отцом не жили как, ну ты же понимаешь меня. Они скорее были друг другу хорошими друзьями, теперь это становится очевидным, - она горько вздохнула -Мне больно от этого, но мама не виновата, не виноват отец, - прошептала она. - Виноват тот, кто разрушил их жизнь, встав между ними, совершив насиле.

Даниэль и Сабрины обнимали друг друга. Осознавая происходящую реальность, которая просачивалась из прошлого, становилась явью. Настоящим, таким жестоким, непонятным.

- Давайте не будем делать поспешных выводов, - предложил Карлос. – Мы ничего не знаем.

- Мы не знаем, но видим, - отозвался Даниэль, сказать, что он злился, нет, он чувствовал опустошенность. Вроде бы все начало налаживаться, и опять Роберто с мамой рушили все, перечеркивали своим поведением, своими поступками.

- Мы не должны осуждать, - тихо начала Виктория. – Ваши родители страдали. Мои тоже страдают. Они тоже не живут вместе, просто в одном доме, - она не знала, как объяснить все, пытаясь сравнить ситуации.

Даниэль вскинул голову и посмотрел на нее:

- Ты предлагаешь, чтобы я позволил твоему отцу сделать из моей мамы очередную его пассию? – спросил он.

- Нет, - Виктория покачала головой, - она не очередная, - ее глаза наполнились слезами, - не очередная, - Виктория опустила голову. – Они, - не знала, что сказать, как объяснить, но то, что видела, она понимала, что Роберто что-то чувствовал к Кристине.

Даниэль подошел к ней:

- О чем ты говоришь? – он приподнял ее лицо, заглядывая в ее глаза.
- Мне кажется, что отец впервые в жизни увлечен, и просто не знает, что с этим делать, - призналась девушка, вслипнув.

- Что? Он что-то тебе говорил? – нахмурился Даниэль.

- Подождите, - Карлос пытался вмешаться в их разговор. – Такое не может быть. Роберто женат, - напомнил он. - О чем вы вообще говорите?

- Это не мешало ему на протяжении стольких лет развлекаться с другими женщинами, - Даниэль махнул рукой от отчаяния, понимая, что не в силах ничего изменить, не в силах ничему помешать.

- Не ругайтесь, - Брина положила руку на плечо Карлоса. – Еще ничего не ясно. А мы уже все придумали. Давайте успокоимся. Пойдем куда-нибудь в тихое место и спокойно поговорим, - предложила она.

- Я считаю, что нам пока нечего обсуждать, - Виктория обняла Даниэля. – Действительно нечего. Мы ничего не знаем, мы делаем поспешные выводы из того, что видим. Реагируем так, как в принципе поступил бы любой на нашем месте, - она грустно вздохнула. – Давайте дадим им возможность самим все объяснить, - предложила она.

- Каким образом? – поинтересовался Даниэль. – Ты предлагаешь сейчас зайти в ресторан и усадить всех за стол переговоров?

Виктория не успела ответить, так как раздался грохот входной двери, они все обернулись. Роберто вылетел из ресторана, громко хлопнув дверью, за ним бежала Паула.

- Подожди, извини меня, Роберто, - просила она.

- Хватит устраивать мне сцены ревности, - он остановился и повернулся к ней. – Хватит. Мне достаточно их дома, - его голос сухой и резкий, заставил всех поежиться. – Я просто танцевал, я обычный человек. Мне что потанцевать нельзя? – он был очень разозлен. Он распустил узел галстука, ему хотелось вздохнуть полной грудью. – Устраивать сцену в ресторане? – он покачал головой. - Как ты можешь так меня позорить на глазах у всех? Я тебе что-то обещал? – он говорил тихо, но они слышали его сухой шепот, полный гнева. – Что ты себе позволяешь? Мы просто знакомые. Ничего более. Я помогаю тебе устроиться в этом городе. Ты совершаешь большую ошибку.

Мужчина развязал галстук, расстегнул верхние пуговицы рубашки.

- Извини, - она боялась подойти к нему, - прошу, прости, я просто не так поняла тебя, - она уже жалела, что позволила себе такую вольность. - Я женщина и мне не понравилось, что ты танцуешь с другой.

- К чему мне твоя ревность? – Роберто резко повернулся к ней. Он был такой злой, что ему помешали. В данный момент его интересовала другая женщина, а эта вмешалась, при чем совершенно не во время. – Я волен поступать так, как хочу, - напомнил он. - Хватит, - Роберто отвернулся от нее. - Между нами ничего нет.

Роберто старался успокоиться. Он еще не отошел от укола ревности к Энрике, а тут Паула устроила ему безобразную сцену в ресторане да еще на глазах у всех. Он держал себя в руках, да мог хлопнуть дверью, мог сказать грубость, мог передернуть слова, делая больно определенным людям, но вот так по ребячески – убегать, это было не в его характере.

Просто если бы Кристина устроила бы ему такую сцену, то он схватил бы ее в объятия и зацеловал, но это была не она, а всего лишь Паула, которая приревновала его к Кристине. Он закрыл глаза, стараясь прийти в себя. Кристина вновь вошла в его жизнь, нарушив его покой, лишив самообладания, забрав его силу, а ведь он так старался жить так, как научился, без нее, без Кристины, но она рушила все его устои.

- Роберто, - Кристина выбежала из ресторана, заставив его вздрогнуть. За ней следом спешил Энрике. – Паула, ты все неправильно поняла, - она подошла к ним. – Мы просто танцевали. Энрике. Ничего более.

«Танцевали, ничего более» - повторил он ее слова и открыл глаза. Кристина была бледна. Она явно не хотела становиться камнем преткновения в его отношениях с Паулой. Реальность жестока. Роберто стиснул зубы.

Посмотрев на все другими глазами, он понял, что несколько минут назад, они были просто подвластны музыке, ничего более. Между ними вся та же огромная пропасть и пустота. Засунув руки в карманы, Роберто усмехнулся. Он повернул голову в сторону, желая, спрятать свою боль и обиду, но то, что он увидел, заставило его измениться в лице.

- Нет, - он покачал головой, - это уже просто смешно. Нелепо. Полный абсурд! - воскликнул он.

Кристина повернула голову и закрыла рот рукой, удерживая рвущийся вскрик.

Энрике и Паула повернулись, пытаясь понять, что так напугало Кристину и в то же время разозлило Роберто. Его действительно разозлило. Мужчина был просто в ярости.

Даниэль, Виктория, Сабрина и Карлос с интересом наблюдали за ними, у них уже просто не было слов.

- Я ничего никому не собираюсь объяснять, - он вытащил руки из карманов брюк.

Паула отшатнулась, делая шаг к Энрике, ища у него поддержки. Она испугалась. Кристина наоборот же приблизилась к Робу, молча прося его, ничего не делать и в то же время стараясь с ним объединиться, чтобы вместе что-нибудь придумать и разрешить возникшую ситуацию.

Дети молчали. Роберто же испепелял Кристину взглядом, в то время как та молча просила его о смирении.

- Для чего? – он развел руки в сторону. – К чему вся эта комедия? – он спросил ее, делая шаг к ней. – Зачем?

- Это просто нелепая ситуация, - спокойно пыталась говорить Кристина, она дотронулась до его руки, хотя ее трясло, она не могла даже представить, что сейчас скажут ее дети, если после вчерашнего Даниэль ей много чего высказывал, то сейчас имел полное думать о ней все, что угодно. Она сама себя опустила в его глазах. Да и не только в его.

- Нелепее некуда, - согласился с ней Роберто. – Но я повторюсь, ничего и никому я не должен объяснять, - повернувшись к молодым людям, - добрый вечер. Хотя на сколько он добрый – я не знаю, - он снял галстук, хотя бы маленький глоток свободы, рука Кристины безвольно упала с его руки.

Молодые люди замерли в нерешительности. Роберто сунул галстук в карман.
- Так и будем молчать? – он повернулся к Кристине. – Все в порядке, видишь. Никто не задает никаких вопросов. Можем спокойно побеседовать или будем расходиться? - спросил он.

- Роберто, - Кристина боялась его отпускать в таком состоянии, - ты никуда один не пойдешь.

- Интересно и кто сможет меня остановить? – он смотрел ей прямо в глаза.

Кристина молчала, она не хотела, чтобы он уходил. Как поступить, как не потерять себя в глазах детей окончательно, но и за него она была в ответе. Почему, она не могла понять, но она не могла отпустить его одного.

- Ты никуда не пойдешь, - сухо, копируя тактику его поведения, произнесла женщина. – Ты пришел сюда не один, не один и уйдешь. Мы пришли все вместе. Прекрати вести себя как подросток.

- Ты меня отчитываешь? – опешил Роберто, вместе, он даже хмыкнул, она пришла сюда вместе с Эннрике, а не с ним.

Виктория настолько удивилась их поведению, что вообще не могла вымолвить ни слова. Сабрина напряженно смотрела на всех. Даниэль молча наблюдал. Карлос же готов был кинуться на защиту Кристины, если вдруг Роберто предпримет что-то против нее.

- Видишь ли, мы сами поставили себя в такую ситуацию, что сейчас смотримся как дети, перед нашими же детьми, - Кристина взяла Роберто за руку, он окинул ее взглядом. – Все в порядке.

- Ты меня успокаиваешь что ли? – спросил он, чувствуя, как раздражение стало помаленьку отпускать его.

- Роберто, хватит ерничать, - Кристина старалась разрядить немного обстановку. – Энрике, познакомься с моими детьми, - она все еще держала Роберто за руку, боясь, что он мог внезапно уйти.

Роберто улыбнулся, ему была приятна сама мысль, что она все таки хоть немного беспокоится за него, эта мысль грела его душу, что он ей не совсем безразличен. Хотя разве смогла бы она его удержать, если вдруг он захотел уйти, но как же приятно чувствовать и ощущать ее заботу.

- Это Даниэль. Сабрина, - представила Кристина детей. - Викторию и Карлоса ты знаешь, - она улыбалась детям, хотя улыбка была ее вымученной. - Это Паула, - она запнулась.

- Это моя спутница, - нашелся Энрике, который пожал руки молодым людям.

- Энрике, не надо, - Виктория прекрасно поняла, что тот пытался защитить Роберто. – Все и так понятно.

- Да ничего не понятно, - он осмотрелся, - может мы все таки куда-нибудь пройдем?

Виктории совершенно не хотелось знакомиться с любовницей отца, тем более сидеть за одним столом.

- Вы меня извините, но, я не могу. Нет. Спасибо, - отказалась она.

- Виктория, это не то, что ты думаешь, - начала Кристина, - я сюда пришла с Роберто и Энрике, а Паула. Моя подруга. Ведь так, Паула? – она пыталась хоть как-то объяснить ситуацию.

- Мама, ты о чем вообще? – Даниэль смотрел на нее строго, - мы вас видели, - он сказал это таким тоном, что Кристина поняла, они видели, как они танцевали с Роберто. - Может хватит из нас делать дурачков? Какие подруги? Когда ты успела познакомиться и подружиться?

- Так, все хватит, - Роберто придержал Кристину, которая испуганно вздрогнула от его голоса. Она чуть было не отпустила его руку, но он накрыл второй рукой ее ладонь, удерживая ее на месте. – Ничего не произошло. Паула просто моя знакомая. Она купила у меня квартиру. Энрике вместе с Кристиной занимаются декором. Мы пришли отметить удачную сделку. Еще вопросы? – твердо и решительно произнес Роберто, прекращая дальнейшие разговоры. Хотя он и говорил, что не будет ничего никому объяснять, в итоге ему самому пришлось все решить. – Раз все встало на свои места, - он подмигнул Кристине, на мгновение превратившись в того Роба, который делал ей предложение на мостике, но тут же вновь стал прежним, повернувшись к детям, сказал. - Виктория, надеюсь, что Даниэль тебя проводит, как и подобает молодому человеку. Карлос ты в ответе за Сабрину, - Роберто и ему дал указание. – Паула, Энрике, разрешите откланяться, - он взял под руку Кристину. – Ну а я как все уже поняли просто обязан проводить Кристину домой. Уже очень поздно, и одинокой женщине просто небезопасно возвращаться одной домой.

Паула молчала. Она вообще боялась что либо произнести, чтобы не навредить еще больше. Теперь все обернулось против нее. Роберто в мгновение превратил их отношения в деловые. Кристина стала ее подругой. А Энрике ни с того ни с сего превратился в ее спутника, но противоречить Роберто она не могла. Зачем? Чтобы навсегда его потерять? А Кристина тоже молодец, притворялась такой паинькой. Пауло зло взглянула на женщину.

- Не переживайте, я сам отвезу маму домой, - Даниэль не хотел, чтобы Роберто и Кристина оставались наедине, но он очень плохо знал Роба, которого просто невозможно было переубедить, если он на что-то настроился.

- Зачем? – искренне удивился Роб. – Ты же с Викторией. Я прекрасно помню себя в твоем возрасте и знаю, как ужасно хотелось побыть наедине, - вот так непосредственно он объявил, что у него тоже были романтические отношения.

Виктория раскрыла рот от удивления:

- Папа, - она не узнавала отца.

- О, нет, все, мы уже достаточно наговорили. Всем доброй ночи. Да, Даниэль, пожалуйста, не задерживайтесь. Всему свое время, - уже по отечески он ему напомнил о том, чтобы тот держал себя в руках. Он позволял ему гулять с его дочерью, но и чтобы не забывался в то же время.

- Да, конечно, сеньор, - Даниэль согласился, он просто не мог понять, каким образом тому удалось все решить тихо и спокойно.

Кристина даже не пыталась противоречить, он крепко держал ее под руку.

- Энрике, Паула, всего доброго. И вам доброй ночи, молодые люди. Виктория, долго не задерживайся. Карлос, помни о Сабрине. До свидания, - попрощался со всеми он.

Роберто, придерживая Кристину под локоток, направился вместе с ней к своей машине. Разве думал он о том, что сможет ее в этот вечер все таки увести. Пусть и только проводит до дома, но по крайне мере она будет у него на виду. Энрике не удастся побыть с ней наедине. А завтра он обязательно проговорит с ним.

Паула? А что Паула. Он ей поможет, но будут ли у них какие-либо отношения – неизвестно. Одно он понимал, что теперь все его мысли были заняты одной женщиной, и эта не Паула. Эта женщина сидела сейчас рядом с ним в машине. Она была напряжена. Конечно, кто бы в этом сомневался. Столько всего ей пришлось пережить за эти несколько дней.

Роберто хотелось увести ее далеко, подальше от всех забот и проблем. Заботиться о ней. Защищать и оберегать ее покой. Что? Он резко затормозил, что Кристина чуть не ударились об окно. Он во время успел ее придержать.

- Что случилось? – это были ее первые слова.

Роберто молча смотрел в окно…


… она молчала. Энрике взял Паулу под руку.

- Дорогая, - ему приходилось играть, отведенную им Роберто. Да, его друг выкрутился, хотя Энрике совершенно не понравилось, что тот сам повез ее домой, ведь он так надеялся провести этот вечер с ней вместе, - наш вечер безнадежно испорчен. Может прогуляемся немного? – предложил он

Паула смотрела на Энрике, тот чуть сжал ее руку:

- Да. Конечно, - она улыбнулась ему. Она ведь подруга Энрике. Роберто уехал с Кристиной, оставив ее одну. Не одну, под защитой Энрике, своего друга, но сам этот факт был очень неприятен и предельно ясен, дальнейших отношений просто не могло быть. – Вы извините нас, но мы пойдем.

Сабрина и Виктория еще недоверчиво смотрели им в след. Карлос же с Даниелем раздумывали.

- Не нравится мне все это, - первый начал Даниэль. – Ничего не понимаю, - он провел рукой по волосам.

- Даже не пытайся, - продолжила Сабрина, - они все заодно, - покачала она головой.

- Нет, что-то не так, отец, с ним что-то происходит, - Виктория растерянно теребила прядь волос.

- Боюсь, что других объяснений мы не дождемся, - продолжил Карлос, но спохватившись добавил, - а может они действительно ничего нам не должны объяснять? Мы ведь тоже все вместе пришли в ресторан. И я также мог пригласить Викторию и потанцевать с ней, - предположил он. - Это ведь не говорило бы о том, что мы с ней любовники

- Не очень хороший пример, - насупился Даниэль.

- Перестань. Я в хорошем смысле этого слова. Они ведь могли пришли в ресторан поужинать после рабочего дня. Ну потанцевали. Что с того? – пожал плечами Карлос.

- Все бы ничего, да если бы не вчерашнее, - напомнил Даниэль, о все еще хмурился.

- Слушайте. Ну сколько можно мусолить одно и то же, - рассердилась Сабрина. – Мне тоже все это не нравится, но давайте пока успокоимся. Мы все равно ничего не в силах изменить, - смирилась она, понимая, что все менялось прямо у них на глазах, она даже боялась предположить, что будет дальше.

- О чем ты говоришь, - Даниэль странно смотрел на сестру. – Ты хочешь, чтобы мама начала отношения с отцом Виктории? - спросил он. - Нет, это выше моего понимания, - он поднял руки. - Он женат, - напомнил он ей. - Мне все равно какие у него там отношения с его женой, прости Виктория, но он женат, и этим все сказано.

- Даниэль, ты не прав, - начала Виктория, - подожди. Дай мне сказать, ты прям как отец, не даешь высказаться, сразу же навязываешь всем свое мнение. Они с мамой не живут вместе, и думаю, что развод – это вопрос времени.

- Так, начинается, - покачал головой Даниэль, - вы все уже согласны на их шашни. Я наверное схожу с ума, - Даниэль смотрел на них, не понимая, о чем они вообще говорили. – Вчера похоронили папу, а сегодня вы все за то, чтобы мама и сеньор Роберто? Нет, этому не бывать, - заявил он категорично.

- Даниэль, - Сабрина посмотрела на дорогу, где проезжали машины, - будет так, как должно. Все определено. Мы не в силах помешать тому, что должно произойти. Чем больше будем сопротивляться, тем больше они будут объединяться, сближаться – это же закон возвратного поведения.

- Бри, опять ты со своей изотерикой, - отмахнулся от нее Даниэль. – Мы о серьезном, а ты все философствуешь.

- Давайте все успокоимся, - предложил Карлос. – Кушать мне совсем расхотелось. Может, последуем примеру Энрике и Паулы и прогуляемся по парку?

- Паула, - Виктория поморщилась, - не верю я в их деловые отношения.

- Кого именно? – попыталась уточнить Сабрина.

- Хватит, - Карлос потянул Сабрину за собой. – Даниэль, лучше расскажи, что там у тебя нового на работе? Да, кстати, вы не спросили меня о моей работе. Я теперь работаю у Энрике, - сообщил он и тут же нахмурился. - О боже ты мой. Опять напомнил, извините.

- Я тут подумала о том, что вы все связаны между собой, - задумалась Сабрина, - Карлос работает у Энрике, там же работает мама, которая в свою очередь делает квартиру Пауле, которая купила ее у Роберто, вернее в его компании, где работает Даниэль, - она посмотрела на брата, - а ты работаешь вместе с Викторией, и эта компания заключила договор с компанией отца Карлоса – круг замкнулся. Только вот я получаюсь в стороне, - вздохнула она

- Кто в стороне, - Карлос обнял Сабрину, - ты? Никогда. Ты всегда рядом со мной. В моем сердце, - улбынулся он

- Сердце? – ахнула Сабрина.

Даниэль поморщился:

- Нет так не пойдет. Они, значит, обнимаются, а мы, - он подхватил Викторию, которая от неожиданности схватилась за его плечи и тут же весело рассмеялась.

- Брина, - Виктория выглянула из-за плеча Даниэля, - ты сестра Даниэля, моя подруга, девушка, которая нравится Карлосу – значит, ты связана со всеми нами.

- Ну все, вы меня раскрыли, - Карлос сделал обиженный вид, но в глазах играли искорки смеха.

Они все рассмеялись, разговаривая о своих делах, казалось, что забыли о происшедшем…

… он забыл о том, что было, о том, что она изменила ему. Совсем забыл, чувства, чувства к ней пробуждались, заставляя его испытывать странные эмоции.

- Тебе плохо? – Кристина дотронулась до его волос. Как же давно это было, когда она вот легко могла его касаться, непринужденно.

Роберто вздрогнул:

- Да. Мне плохо, - он повернулся к ней. – Я хочу знать – за что? Почему ты мне изменила? Кто он? – Роберто злился на самого себя.

Как он мог так расчувствоваться, что позволил себе мечтать. Как он мог думать и хотеть о ней заботиться, помогать. Она же предала его. Нанесла незаживающую рану, а он вновь и вновь вставал на ее защиту. Помогал ей. Что с ним происходило? Неужели она его наказание?

Все женщины меркли перед ней. Становились неинтересными, блеклыми, пустыми. Она же давала ему возможность чувствовать себя живым, но сколько же боли при этом причиняла своим упорным молчанием.

Кристина вздрогнула и убрала руку:

- Я не хочу разговаривать на эту тему, - она отвернулась от него, чтобы скрыть слезы

Роберто схватил ее за руку, пытаясь повернуть к себе, но женщина сопротивлялась, но вновь и вновь проигрывая схватку, силы были не равны. Он увидел ее слезы. Она плакала беззвучно, и это так ранило его.

Как тогда, после смерти ее родителей, она всегда умело скрывала свою боль, свои раны, а он сейчас причинял ей невыносимую боль, он видел это, но ничего не мог с собой поделать, желание узнать, понять, было выше. Одна его часть стремилась ее утешить, другая же требовала ответов.

- Скажи, я имею право знать, - он требовал, все таки самолюбие пересилило.

Кристина же качала головой:

- Не проси меня говорить, - просила она, - ради всего святого. Никогда не пытайся узнать. Прошу тебя, - ее голос срывался.

Роберто отпустил ее, запустил руку в свои волосы, сдавил голову:

- Почему ты так меня мучаешь? Почему причиняешь столько боли? – эти слова вырвались сами собой.

Он столько лет носил их в себе, жаждал услышать ответы, но вокруг была тишина и пустота. Сейчас же причина его страданий сидела рядом с ним, но не желала помочь ему понять ее.

От этих слов у Кристины кольнуло сердце, защемило так, что перехватило дыхание. Она повернулась к нему и потянулась, желая обнять, успокоить. Это все, что она могла дать ему в этот момент, и Роберто принял то, что она предлагала, бороться с собой уже больше не было сил.

Как изголодавшийся, он опустился в ее объятия, позволил гладить его волосы, наслаждаясь каждым ее прикосновением, чувствуя ее слезы. Ее губы на его волосах, висках, на большее она не решилась. Эта маленькая ласка, нежность, теплота, он застонал, застонал от боли и грусти.

- Что же с нами стало? – этот вопрос так и повис в воздухе.

Кристина рыдала, оплакивая их молодость, их недолгое счастье. Оплакивая годы разлуки. Роберто же стиснул зубы так, что они скрипнули. Кристина прижалась к его щеке.

- Прости меня, - прошептала она, - прости за все.

Роберто чуть отстранился и посмотрел в ее глаза. Что он пытался увидеть в них? Кристина отвела взгляд, слишком стыдно. Роберто мигом почувствовал в ней перемену. Он приподнял ее голову за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

- Насилие – в этом нет твоей вины, - он судорожно сглотнул, любовника он никогда не простит, но насилие, он не предполагал, что она могла подвергнуться этому, - любовника – не прощу никогда. Как ты могла? – снова спросил он.

- Я, - Кристина не понимала, о каком любовнике он говорил.

- Когда-нибудь ты мне все расскажешь, - он утвердительно кивнул, - ты сама это знаешь, - он убрал прядь волос с ее лица, поправил. - Я ждал тебя все эти годы, я подожду, когда ты откроешься мне. А сейчас, - он стал наклоняться к ней, - мы заслужили, - он потерся щекой об ее. Кристина потянулась к нему, чувствуя, как щетина царапала ее нежную кожу, наверняка на ней останутся следы, но не на долго, - не хочу брать насильно, - он поцеловал ее в висок, зарылся лицом в ее волосы, - не хочу требовать, - он потянулся к ее ушку, нежно покусывая, - прошу – подари мне свой поцелуй, как раньше, как будто мы молодые, как будто стоим там, на том мостике, где потеряли друг друга, - Роб чуть отстранился, всего на сантиметр, давая ей возможность самостоятельно принять решение, - один поцелуй, - он смотрел на нее своим глубоким взглядом. Больше никогда и ни на кого он так не смотрел и вряд ли будет.

Кристина медлила. Он давал ей право выбора. Она жаждала вновь почувствовать терпкость его поцелуя, но страх сковал ее. Она не могла пошевелиться от той нежности, что он дарил ей в этот момент, опуская все их разногласия, обиды и претензии. Роберто горько усмехнулся.

- Жаль, очень жаль, - он уже корил себя, что вот так доверился ей, а она все медлила и не могла решиться, он ведь мог насильно поцеловать, и понимал, что она ответила бы, но он хотел другого.

Роб кивнул и хотел выпрямиться, как она потянулась к нему, он видел, что в ее глазах плескался страх, боль, обида, горечь, но главное они засветились, она хотела его поцеловать. Губы Роба расплылись в улыбке, и он встретил ее губы на полпути в тесном пространстве машины.

Не спеша, осторожно, она прикоснулась к его губам. Его дыхание смешалось с ее. Роб не торопил ее, он лишь приобнял, ласково поглаживал спину, чуть надавливая, чтобы она прижалась еще ближе к нему, насколько это позволяло тесное пространство машины.

Кристина вздохнула. Стон сорвался с их губ одновременно, уже более решительно она вновь поцеловала его, требовательно, желая, чтобы он ответил, начал участвовать. Роб восторжествовал, это именно то, чего он жаждал. Кристина окунулась в водоворот забытых ощущений, обиды отступили, ее руки по привычке ласкали его волосы, зарываясь в них.

Как же нежно она его ласкала. Он, помня об обещании самому себе, не позволял своим рукам переместиться с ее спины на грудь, пусть он только ощущал ее. Приятную мягкость, как же давно он сжимал их, ласкал.

Кристина тонула в водовороте давно забытых ощущений. Она наслаждалась каждой его лаской, встречала, с радостью отдавая и даря, она целовала его как в первый и последний раз, одновременно знакомясь и прощаясь. Роб чувствовал тоже самое.

Медленно, нехотя он отстранился от нее, но отодвинуться не смог, они соприкасались лбами, тяжело дыша. Это самое большое, что они смогли дать, это самое малое, что могли себе позволить.

- Так горько, что хочется кричать, - прошептал Роб

- Так сладко, что хочется плакать, - вторила она ему

Кристина коснулась его губ пальцами. Провела по ним, вспоминая, закрепляя в памяти.

Роб не мог разжать объятия. Боясь вновь потерять ее. Одна единственная мысль - у нее был любовник. Она ему изменяла. Он отодвинулся и повернулся к рулю, нажал на газ.

Молчание повисло в воздухе. Слезы покатились по ее щекам. Почему он так действовал на нее. Уже который раз за день она плакала по его вине. Кристина отвернулась и стала смотреть, как за окнами мелькали ночные огни.

Остановившись у ее дома, он вышел и открыл ей дверь, помогая выйти из машины. Ощутив дрожь в ее руках, вызванную его прикосновениями, почувствовал сугубо мужское удовлетворение – он ее волновал. Радость приятной волной разлилась по всему телу.

Роберто коснулся ее щеки на прощание. Заглянул в ее глаза, она смущаясь, отвела их в сторону. Мужчина про себя хмыкнул, пусть думает, что хочет, пусть пытается убежать от него, спрятаться, но он не оставит ее в покое. Он добьется ее, хочет она говорить или нет, но она снова будет его. Получив поцелуй, он удостоверился, что он еще волновала ее, что она была не равнодушна к нему. Это был всего лишь вопрос времени…

Кристина закрыла дверь и оперлась спиной на нее. Роб уехал, так ничего не сказав, лишь посмотрел многообещающе. Что бы это все значило?...


... что значила для нее семья. Виктория горько улыбнулась, она любила и Палому и Роберто, однако понимала, что так больше не могло продолжаться. Виктория проснулась рано с одной единственной мыслью – поговорить с матерью.

Она тихо постучала в дверь спальни матери и зашла. Палома уже не спала. Она сидела на кровати. Мануэль был при ней. Он приветливо улыбнулся и поздоровался и вышел из комнаты.

- Мама, привет, - Виктория поцеловала ее в щеку. – Как ты себя чувствуешь?

- Хорошо, - Палома посмотрела на дочь. – Как у тебя дела?

- Тоже неплохо. Бабушка сказал, что ты проходишь курс лечения. Это хорошо, - она присела на кровать, начать разговор было очень трудно.

- Да, наверное, - отозвалась женщина.

- Мам, - она коснулась ее руки, - скажи, тебе нравится эта жизнь? Вы с папой совсем не разговариваете, а если начинаете говорить, то получается скандал. Вы дошли до того, что просто ночуете под одной крышей. У вас даже нет ничего общего, - чуть помолчав, добавила, - кроме меня.

- Ну так мы и живем, - согласилась Палома.

- А тебя это устраивает? - спросила она.

- Виктория, к чему ты клонишь? - насторожилась Палома.

- Может вам развестись? – вот она и произнесла то, о чем думала вчера весь вечер. - Зачем вы мучаете друг друга?

- Не думаю, что это спасет нас от нас самих же. Наша жизнь уже устоялась. Пусть все останется так, как есть, - не согласилась с ней Палома.

- Зачем, мама? Почему ты противишься? - не понимала Виктория.

- Виктория, почему ты завела этот разговор? – она чуть повела плечом, ей явно не нравился этот разговор.

- Просто я устала от ваших постоянных скандалов и перепалок. Никто никому не нужен в этом доме, - она взяла руку матери, - может стоить попробовать что-то сделать для себя? Я рада, что ты стала лечиться. Честно я так рада за тебя.

- Лечиться? – усмехнулась Палома. – В этом доме, ты права, никто никому не нужен. Твой отец, - она пожала плечами. - Его постоянно нет дома. Рамона, она сама по себе и вспоминает о ком-либо только тогда, когда ей удобно.

- Папа много работает, - возразила Виктория. - Бабушка, ну она своеобразный человек, - Виктория старательно подыскивала слова, чтобы никого не обидеть. – Мама, подумай о себе.

- Опять эта пластинка, мне все равно, - отмахнулась Палома, - пусть проводит время, где хочет и с кем хочет. Меня оставьте в покое.

- Мама, ну почему ты так равнодушна? - Виктория смотрела на нее. - Я не понимаю смысла в вашем браке. Для чего? Это же просто фарс, - покачала она головой.

- Фарс? Возможно, - она отвернулась к окну, – но нас все устраивает.

- Кого устраивает? Отца? Который просто сбегает с дома, только бы не быть здесь, не видеть, - усмехнулась Виктория.

- Нас не видеть, – хмыкнула Палома, - ну что ж я могу поделать. Мы его семья, хочет он этого или нет. Кто тебя надоумил? - она посмотрела на дочь. - Рамоне наш развод не нужен. Роберто? Нет, там все предельно ясно, он не стал бы тебя ко мне подсылать – сам бы пришел, хотя, - она осеклась, - да нет, о чем это я, все в порядке.

- Нет, что ты, папа не знает о нашем разговоре, - Виктория даже не обратила внимание на то, что Палома сбилась и чуть было что-то не сказала, но во время остановилась. Виктория же продолжала дальше. - Просто кто-то из вас должен сделать первый шаг. Любви у вас нет, ее нет. Какой смысл в вашем браке?

- А разве только на любви держаться браки? - спросила в свою очередь Палома

- Нет, - Виктория вспомнила про Кристину и Рафаэля, - нет, но и доверительных отношений у вас тоже нет.

- Нет, - Палома даже не знала, что и ответить дочери, - тебе лучше поговорить с отцом, - посоветовала она.

- Мама, папа при всей его строгости, отстраненности от дома, очень добрый. Он никогда не бросит тебя, - вздохнула Виктория.

- Как понять не бросит? - не поняла Палома.

- Не оставит, он всегда будет помогать тебе, неужели ты этого боишься? Остаться одна? - спросила Виктория. - У тебя же есть я. Я всегда буду приходить к тебе, навещать тебя, - Виктория встала с кровати и подошла к окну, - мама, он не сделает первый шаг.

- Виктория, деточка, ты совершенно не знаешь своего отца, - Палома скрестила руки. - Он делает только то, что ему удобно и нужно. Никто не в состоянии заставить его плясать под свою дудку. И поверь, ты сама не знаешь, о чем просишь.

- Ты уверена, что мы говорим об одном человеке? – Виктория уже сомневалась в том, что они вообще знают отца, какой он на самом деле. – Да, я знаю, о чем прошу.

- Поверь, ты очень много не знаешь, - Палома смотрела вдаль, -но твой отец, не так прост, как может показаться.

- Что ты хочешь этим сказать? - нахмурилась Виктория.

- То, что Роберто всегда знает, что делает, - просто ответила Палома. - Он всегда знает, просчитывая все ходы наперед.

- Мама, если ты говоришь, что так удобно папе, а тебе самой? Как хочешь жить ты? - Виктория не верила, что ее отец именно такой, каким описывала его Палома, но больше все ей было дико слышать такие слова от матери, которой было все равно, как она жила.

- Я, - женщина растерялась, - я ничего не хочу, мне ничего не надо. Абсолютно. Меня все устраивает. Многие мечтали бы о такой жизни. Роскошь, достаток.

- Просто роскошь, - девушка покачала головой, - ведь больше ничего нет. Пустота. Так ли ты хочешь жить дальше? Ведь наступит такой момент, когда я уйду из этого дома. Мне становится страшно от одной мысли, что когда-нибудь вы останетесь с отцом одни в этом доме, чужие друг другу. Что тогда? А сейчас у него, - она осеклась и замолчала.

- Что у него? – поинтересовалась Палома, но потом усмехнулась, - да конечно, разве ты скажешь, ты всегда его защищаешь, - Палома поднялась с постели, ее немного покачивало. - Мы наверное никогда с твоим отцом не были близкими людьми, - они не заметили, как открылась дверь, и вошел Роберто. - Судьба распорядилась нам объединить наши жизни в один момент, мы это сделали. Научиться жить с друг другом, как друзья – тоже не получилось, но мы как-то приспособились. А как мужчина и женщина…

- Замолчи, - Роберто оборвал ее на полуслове, - Виктория? Что у вас тут происходит?
Виктория обернулась, она немного испугалась, ведь совсем не ожидала, что отец зайдет, тем более сейчас, когда она решила вмешаться в их жизнь. Она хотела помочь им. Вчера Виктория поняла, что у него есть интерес, и не простой интерес к Кристине. Маленький, но совершенно другой, не как ко всем женщинам. Виктория цеплялась за это, она хотела, чтобы отец попытался попробовать. Может тогда и Палома смогла бы изменить свою жизнь.

- Мы просто разговариваем, - Виктория сразу же направилась к отцу и поцеловала его щеку. – Доброе утро. Как спалось? – девушка стала засыпать его вопросами, только бы он ничего не спрашивал у нее.

- Доброе, - Роберто хмурился, он успел услышать последнюю фразу Паломы, ему это совершенно не понравилось, что дочь пыталась вмешаться в то, куда ей не следовало совать свой нос. – Прекрасно, - мужчина засунул руки в карманы, весь его вид был выжидающим, говорящий сам за себя, что он на чеку, что он все видел и все понимал. – И?

- Ты знаешь, что мама проходит курс лечения, - начала Виктория.

- Да, я в курсе, - он повернулся к Паломе. – Что? Есть результаты?

- Папа, давайте вы не будете ругаться? Ну сколько можно? - попросила Виктория.

- Мы не ругаемся. Что ты? – Роберто вытащил руку и приобнял дочь. – Просто я действительно рад, честно, что Палома решила вылечиться.

Палома молчала, ей не хотелось вмешиваться в их разговор. Доля иронии в голосе Роберто была оправдана с его стороны. Он не заставлял ее пить, ничего не делал, чтобы она пристрастилась к этой пагубной привычке, но и не делал ничего другого, чтобы помочь ей выжить в этом мире, где она осталась одна со своими мыслями, предоставив ее самой себе.

- Папа, - Виктория посмотрела на отца и на мать, - может хватит, - она решилась.

- Что хватит? – спросил Роберто.

- Хватит изображать семейную пару. Остановитесь, пока кто-нибудь из вас не угробил другого, - ее голос дрожал.

- Виктория, - Роберто повернул дочь к себя, взяв ее за плечи, – успокойся. Все будет хорошо.

- Когда, папа? – она устало прислонилась к нему, Роберто обнял дочь, взглянув на Палому.

- Виктория, - Роберто заставил ее посмотреть на себя, - жизнь очень непроста.

- Я знаю, ты постоянно мне об этом твердишь. Ты просишь, чтобы я не влюблялась, но это невозможно, невозможно всю жизнь прятаться и бояться, - прошептала Виктория, уткнувшись в его рубашку.

- Ты права, - согласился Роберто, - абсолютна права. Прятаться всю жизнь не получится. Только есть моменты, которых все таки следует избежать.

- Ты о чем? Ты постоянно говоришь какими-то загадками. Хватит, я немаленькая. Сколько можно так себя вести? Вы предполагаете, что если вы вместе, то мне от этого хорошо? – она вырвалась из его объятий. – Нет. Мне будет хорошо, когда вы станете счастливыми. Пусть по отдельности, но счастливыми, чтобы радость наполнила вашу жизнь. А это, - она развела руки в сторону, - это не жизнь, вы избегаете друг друга. Ты, - она осеклась, - постоянно на работе, - она чуть было не сказала, что проводишь время в свое удовольствие, но во время остановилась, - а мама, утешает свою боль и отчаяние в бокале. Вы думаете, что таким образом вы делаете лучше для меня? Ошибаетесь, - она сталась говорить медленно, чтобы не разговор не перешел в ругань и разборки.

Роберто и Палома молчали.

- Вам даже нечего мне сказать, - Виктория покачала головой. – Так к чему тогда ваш брак? Разведитесь и попробуйте стать счастливыми, это единственное, о чем я вас прошу, - она хотела выйти из комнаты, но остановилась у двери, - я вас очень люблю, но если так будет продолжаться, то когда-нибудь я вас просто возненавижу, - Виктория вышла и закрыла дверь.

В коридоре стоял Мануэль, она поняла, что он слышал их разговор, ведь отец не закрыл дверь, когда зашел в спальню к жене.

- Извините, что стали свидетелем этого, - она не могла даже дать определения этому разговору.

- Все в порядке, сеньорита, - Мануэль подошел к девушке. – Порой взрослые ведут себя так, что вам непонятно. Вы переживаете, это естественно. Ваша мама хорошо реагирует на курс лечения. Может быть все измениться.

- Хотелось бы вам поверить, - она покачала головой и направилась к лестнице, - Мануэль, ничего не говорите бабушке о том, что слышали, - попросила она. - Она против всего этого, но я думаю, что это единственный выход. Так просто больше не может продолжаться.

Мануэль задумчиво смотрел ей в след.

Роберто подошел к окну.

- Ну и как быть? – Палома первая нарушила возникшую тишину.

Роберто молчал, он повернулся и посмотрел закрыта ли дверь.

- Почему Виктория просит нас о разводе? Что произошло такого, что побудило выдвинуть нам такой ультиматум? – Палома пыталась понять.

Роберто покачал головой. Он пока не знал, как ему быть. С одной стороны он оберегал Викторию, с другой стороны начинал ее терять. Ему от этого стало очень неприятно.

- Я тебе говорила, что когда-нибудь все выйдет наружу, - тихо произнесла Палома.

- Перестань. Ты вообще ничего не говорила. Ты просто молчала. Тебе был важен брак. Мое имя. Ты его получила, только что ты с ним сделала? - он развел руки.

- А не поздно ли ты мне задаешь этот вопрос? - тут же накинулась на него Палома.

- Видимо курс явно идет тебе на пользу, у тебя наконец-то появились зубки, - Роберто направился к выходу, - лечись, а там посмотрим, как быть. Виктория ничего не должна знать.

- Боюсь, что ты потеряешь то единственное, что обрел, - крикнула ему в след Палома.

Роберто вышел, не замечая Мануэля, направился вниз. У него все начало валится из рук. Палома была права в одном, он действительно мог потерять дочь. А это единственное, что еще держало его в этом мире. Когда он увидел ее глазки, когда взял ее на руки в первый раз, понял, что ради нее стоило жить, чтобы оберегать ее от всех напастей. Сейчас же она выдвинула такое условие, что ему сложно с ним смириться, хотя для него самого это все было решено давным давно, наказывая Рамону, он сам превратился в жертву.

Роберто подошел к барной стойке и налил себе виски. Облокотившись рукой о стойку сделал глоток виски. Оно обжигающим теплом напоминало о недавнем разговоре, не выходящем из головы. Он смотрел на дно стакана сквозь янтарную жидкость. Почему в жизни все так получалось, вроде бы начинаешь выстраивать свою дорожку, где все определено, предельно ясно, а потом раз и в одно мгновение – все рушилось, рушилось из-за того, что появлялось что-то такое, что невозможно было изменить, отказаться. Она сделал еще один глоток. Кристина. Как же теперь быть? Виктория?

- Что-то ты рано начинаешь день со спиртного, - услышал он голос позади себя.

Роберто чуть повернул голову в ее сторону, посмотрел и опять отвернулся.

- Да, что происходит в нашем доме, - Рамона села на диван. – Может тебе тоже следует пройти курс лечения? Только вот от чего, - она помолчала и добавила, - может лучше сказать – от кого.

Роберто хмыкнул и сделал еще один глоток.

- Ты неисправима, - он налил себе еще виски, - повернулся к матери, задумчиво смотря на бокал. – Столько лет, а ты все не можешь смириться.

- Никогда, - Рамона выпрямилась на диване, превратившись в струну, - никогда она не войдет в наш дом.

- Ты даже для этого наняла медиков, чтобы они наконец-то привели в чувство мою жену, - он присел напротив, - ты знаешь, она возможно даже избавиться от своей привычки, только у меня к тебе один вопрос – для чего?

- Она твоя жена, она ею и останется, - упрямо заявила Рамона.

Роберто отпил из бокала виски, посмотрев на Рамону, покачал головой:

- Быть женой и являться – две разные вещи, - он встал и направился к выходу.

- Ты можешь спать с ней, тебе же наплевать на свое самолюбие, ты забыл, что она изменяла тебе. Забыл? – Рамона встала с дивана, смотрела на сына с гордо поднятой головой.

«Изменяла», Роберто остановился. Конечно, он помнил об этом, он помнил об этом всю свою жизнь. Это знание не давало ему жить легко и просто. Этот факт заставил изменить его отношение к женщинам, он навсегда потерял веру в них.

- О, как же мне забыть, если ты мне постоянно об этом напоминаешь. Но, - он повернулся к ней, - у меня вопрос – что ты так печешься о событиях прошлых лет? Что так мучает и гложет тебя? Может ты тоже изменяла отцу? - спросил он ее, слегка прищурив глаза.

- Что? – Рамона захлебнулась от возмущения. – Как ты смеешь мне такое говорить? – она бы дала ему пощечину, но он стоял далеко, да и вряд ли он позволил бы ей сделать это еще раз.

- А почему бы и нет, - Роберто сделал такой невинный вид, - ты постоянно об этом твердишь, что у меня закралось предположение, что ты тоже изменяла отцу. Или может страстно этого хотела, но не позволила себе. Так было или нет? - потребовал он ответа.

Она подошла к нему и подняла руку, махая ею у него перед лицом.
- Никогда не смей меня обвинять в таком, – она задохнулась от возмущения.

Роберто перехватил ее руку:

- Никогда не смей больше вмешиваться в мою жизнь, - он крепко держал ее руку. – Я не позволю тебе этого. А на счет своего дома – оставайся в нем сама. Он никогда не был мне домом, и не стал им. Когда-нибудь наступит такой момент, и ты одна останешься в нем, совершенно одна, - он отпустил ее руку и, повернувшись, пошел к двери.

- Убегаешь, как всегда, как будто это решит все твои проблемы, - кричала она ему в след.

- Я всего лишь иду на работу, - не поворачиваясь, напомнил ей Роберто, - кто-то должен работать в этом доме.

Рамона кипела от злости и раздражения. Как он посмел ее обвинить в таком. Как? Она светская леди, уважаемая сеньора, разве опустится до измены… Нет. Никогда. Никто никогда не узнает…

Она огляделась, проверяя, не слышал ли кто их перепалку. Но никого не было. Слава богу. Рамона старалась себя успокоить. Сколько может уже эта мерзавка портила им жизнь, нет от нее покоя. Как она объявилась, так и снова началось все как раньше. Но пусть даже не мечтает, Роберто никогда не будет с ней. Она его не получит.

Паломе помогает курс лечения. Она не позволит ей отпустить Роба. Он ее муж, та никогда не даст ему развода. Никогда, Рамона не позволит этого…


... она не позволила себе прятаться в комнате. Кристина проснулась очень рано и была удивлена, никого не застав дома. Сабрина и Даниэль уже уехали, они даже не дождались, пока она спуститься. Видимо старались избежать встречи с ней.

Как же быть? Что они думали о ней? Кристина, задумавшись, пила кофе. Звонок в дверь заставил ее вздрогнуть. Женщина поняла, что просто боится открыть дверь. Вчерашний день был тому подтверждением, ждать хорошего от утренних гостей нечего.

- Доброе утро, - Карлос стоял на пороге. – Я решил заехать за вами.

- Доброе, - обрадовалась Кристина. Ей было легко с ним. – Спасибо, мне очень приятно. Ты хочешь кофе? - предложила она.

- С вами, с удовольствием, - согласился Карлос.

Они прошли на кухню:

- Какие у тебя сегодня дела? – спросила Кристина.

- Моя работа связана с вашей, - ответил Карлос. - Меня к вам отправил сеньор Энрике.

- Не понимаю, - удивилась Кристина.

- Сеньор Энрике сказал, что мы сегодня с вами едем на один новый проект, даже дал мне адрес и ключи. Вы знаете, что это за городом? - спросил Карлос.

Кристина поняла, о чем говорил Карлос, в очередной раз убедившись, что Энрике умел вести дела, он подослал Карлоса, а ему она отказать не смогла бы.

- Да, за городом, - задумчиво произнесла она. – Это хорошо, что сегодня мы с тобой будем заняты. Заодно отвлечемся от всего. Надеюсь, что дом расположен в красивом месте.

- А что нам там надо сделать? Хозяева приедут туда? - Карлос был взволнован предстоящей работой.

- Нет, мы будем все делать сами. Проекты высылать по электронной почте, - Кристина сделала глоток кофе. - Хозяин живет заграницей. Присутствовать не сможет. Первый раз буду делать одна, - она улыбнулась Карлосу, - вернее с тобой в вдвоем, а это уже радует.

- Целый проект, и я буду у вас в помощниках, - Карлос был счастлив. – Вот так дела. Это же здорово.

Про себя подумал, что это самое лучшее, что с ним происходило в последнее время. Находясь вдали от всех, Даниэль и Сабрина немного успокоятся и перестанут так пристально смотреть за Кристиной, приписывая ей романы с мужчинами.

- Даниэль и Сабрина в курсе? - поинтересовался он.

- Нет, они еще не знают. Я не успела им сказать. Сама только вчера узнала об этом проекте, - вздохнула Кристина.

- Вчера? А ну да, - спохватился Карлос, ругая себя, что напомнил ей о вчерашнем. Он протянул руку через стол, взял ее ладонь, - все в порядке, не переживайте. Даниэль и Сабрина тоже все поймут.

Кристина встала, смутившись:

- Все так запуталось, - она не знала, что сказать Карлосу. – Мы просто ужинали.

- Вы ничего не должны мне объяснять, - Карлос тоже встал. - Все действительно в порядке.

- Если бы все было так просто, как ты говоришь. Даниэль и Сабрина считают меня наверное падшей женщиной, - она тяжко вздохнула.

- О чем вы? Что вы? Даже не думайте, они просто немного растеряны, - признался Карлос. - Но вы же понимаете, как и они, что когда-нибудь в вашей жизни может возникнуть мужчина.

- Нет, - резко оборвала его женщина. – Нет, это невозможно. Никогда.

Карлос смотрел на Кристину:

- Почему вы так категоричны? - спросил он. - Рафаэль был вам хорошим мужем. Я понимаю, что еще рано об этом говорить.

- Вот именно был хорошим мужем. Я буду помнить об этом всегда, - Кристина поставила чашку в раковину.

- Сейчас еще рано говорить о каких-либо отношениях, но я верю в то, что вы обязательно встретите хорошего мужчину, который заставит вас забыть обо всем, что с вами произошло, - он подошел к ней и обнял. – Вы заслуживаете счастья. Брина и Даниэль поймут это. Просто для этого им нужно время.
Кристина молча качала головой. Нет, это невозможно. Единственного мужчину, которого она может быть и смогла бы и принять – это Роберто, но он был женат, и между ними такая пропасть, что ей всей жизни не хватит, чтобы перебраться через нее.

- Ладно, мы с тобой уже и так задержались, - она взглянула на часы, - а нам еще предстоит долгий путь. Возьмем компьютер и фотоаппарат. У нас много работы.

Карлос взял сумку с компьютером и камерой. Открыв дверь, он пропустил ее впереди себя. Помог закрыть дверь и сесть в машину, положив вещи на заднее сиденье.

Отъехав, они не обратили внимания на стоящую у обочину черную машину. Когда они скрылись за поворотом, окно стоящей машины чуть опустилось, Бруно выкинул окурок и сплюнул. Открыв дверь, вышел из машины и направился к дому...


... она направилась прямо к нему и села на стул. Энрике вздохнул и кивнул, приветствуя Паулу.

- Я бы хотела поговорить с Кристиной, - сразу же начала она.

- Ее сегодня не будет, - Энрике подал ей кофе. – Она знакомится с новым объектом.

- А моя квартира? - спросила Паула.

- Она ее доделает, не переживай, - успокоил ее Энрике.

- Только у меня нет денег, чтобы рассчитаться с тобой. Не думаю, что Роберто…, - она замолчала, опустив голову.

- Не переживай, Роберто уже все оплатил, - Энрике сжал ее ладонь.

- Ты говорил с ним? - с надеждой спросила она.

- Нет, - покачал головой Энрике.

- Он не берет телефон. Я ему уже несколько раз звонила, - пожаловалась ему Паула.

- Паула, не переживай. Он наверное занят. Перезвонит, как освободится, - предположил Энрике.

- Что будет, Энрике? Мне так страшно. Я хотела бы поговорить с Кристиной, попросить ее, чтобы она перестала потакать Робу. Он так странно ведет себя последнее время, - Паула чуть не плакала.

Энрике промолчал. Она была права - Роберто сильно изменился за последнее время.

- Мне кажется или он действительно увлекся Кристиной? - спросила у него Паула. - Но когда он успел? Они же познакомились совсем недавно.

- Паула, одно могу сказать, что Роберто очень ответственный и надежный человек, - вздохнув, ответил Энрике. - Ты можешь на него положиться, но не обманывай его, иначе потеряешь все. Обмана и лжи он не простит.

- Я его не обманываю, просто не понимаю, - Паула опустила голову.

- Он придет к тебе, обязательно придет, - обнадежил ее Энрике. - Роберто не тот человек, который скрывается или прячется. Просто ему сейчас наверное действительно некогда. Все будет хорошо, - он улыбнулся.

- Он не с Кристиной? - спросила Паула то, что так страшило ее.

- Нет, - покачал головой Энрике, - в этом можешь быть точно уверена. Она сейчас занята работой вместе с Карлосом. Они осматривают новый проект, которым будут заниматься параллельно с твоей квартирой.

- Надеюсь, что это так, - тяжко вздохнула молодая женщина.

«Я тоже», подумал про себя Энрике. Ему тоже очень хотелось поговорить с Роберто…


... ему хотелось, чтобы в доме была она. На губах Бруно появился оскал. Как же он хотел, чтобы она была тут, чтобы полностью подчинилась ему, полностью в его власти, как тогда на ранчо... но дом встретил его полной тишиной. Бруно аккуратно прикрыл дверь, которую легко открыл, повозившись немного с замком.

Он огляделся, пытаясь предположить - куда она могла спрятать снимки?..

... продолжение тут https://www.asienda.ru/post/29183/


Рейтинг поста:  +11 Не понравилось Понравилось
natalia_lari
Садовод 3 уровня
Новороссийск
9 февраля 2016 года
1
184






Комментарии:

Написать комментарий

Нижневартовск
9 февраля 2016 года
+1  

natalia_lari (автор поста)
Новороссийск
9 февраля 2016 года
+1  

9 февраля 2016 года
+1  
Ложь всегда порождает проблемы!

natalia_lari (автор поста)
Новороссийск
10 февраля 2016 года
+1  
да еще какие

Красноярск
10 февраля 2016 года
+2  
Хочу ещееееееее!!!!!

natalia_lari (автор поста)
Новороссийск
10 февраля 2016 года
+1  

постараюсь сегодня написать

Красноярск
10 февраля 2016 года
+1  

Москва
10 февраля 2016 года
+1  

natalia_lari (автор поста)
Новороссийск
10 февраля 2016 года
 

Ларнака
10 февраля 2016 года
+1  
Я всегда думаю, ну почему человек молчит, не скажет правду, а потом понимаю, если это в книге - это интрига, если в жизни, то ничего, кроме выяснения отношений, не получится. Жду с терпением продолжения. Наташа, ты, как всегда, на высоте!

natalia_lari (автор поста)
Новороссийск
10 февраля 2016 года
 
Спасибо большое за такие слова
Все верно . Именно так и получается
Если успею - сегодня будет новая глава

Воронеж
11 марта 2016 года
+1  

natalia_lari (автор поста)
Новороссийск
11 марта 2016 года
+1  


Оставить свой комментарий

B i "
Отправить