Асиенда.ру
Перейти на неадаптивную версию сайта
Опубликовала Руслёна в группе Завалинка.

НИНА-2

НИНА-2
ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ

Инга ворвалась к Марго в самый неподходящий момент. Она ругалась с Эдиком. Тот не ругался, сидел в кресле, закинув ноги на журнальный столик и пилил свои ногти, изредка поглядывая на орущую на него Марго.

-Да что ты прицепился ко мне с этой, как там её...
-Ниной,- подсказал он.
-Тьфу, и имя-то дурацкое и сама такая же. Вот подружка у неё была просто конфетка! Но на безрыбье и рак рыба. Ничего, на каждую девушку найдётся клиент, и на неё будет тоже.
-А я тебе говорю, что наплачемся мы с ней, - сказал Эдик, всё так же пиля ногти.
-Задрал ты своей пилкой,- со злостью прошипела толстуха и попыталась вырвать у него его "орудие производства", но он, глянув на неё из-подлобья, неожиданно ткнул Марго пилкой в бок так, что она охнула, а всегда спокойный и флегматично расслабленный Эдик рявкнул ей в ухо:
-Никогда больше так не делай, поняла?
Марго, держась за бок и испуганно оглядываясь на снова заскучавшего Эдика, быстро подскочила к двери:
-Чего тебе? Не видишь, я занята!
Инга, испуганно глядя на расплывающееся бурое пятно на белой тунике у женщины, пролепетала:
-Эта, новенькая, она лежит и не встаёт. Мы её били по морде, а она не шевелится!
-Ну и что я говорил, - хмыкнул Эдик, не поднимая глаз.
Марго, забыв про нанесённый укол пилкой, помчалась, громыхая сабо и матерясь, к их комнате.

Нина, теперь Юлианна, лежала мертвенно бледная без признаков жизни. У неё была такая особенность организма. Когда он не справлялся со стрессом, болезнью или ещё по какой причине - он просто отключался. Вот и в этот раз он отказался служить верой и правдой своей хозяйке, отправив её в обморок. У Нины уже вся постель была мокрая, столько воды на неё вылили, щёки распухли от пощёчин, но её голова безвольно болталась туда -сюда и не реагировала ни на что.
-Позови своего, пусть придёт,- ткнула Марго в Ингу пальцем. Та в секунду испарилась.
Ещё через пять минут пришёл хмурый охранник, который первым их встретил.
-Вася, сходи приведи бабку из деревни. Ну ту, ты знаешь, что девочек смотрит.
Он, кинув мимоходом взгляд на Нину, кивнул и вышел.
Через полчаса вошла баба Глаша. Она была старая уже и всякое повидала в жизни. Но никогда в жизни ей не приходилось обслуживать публичный дом. Но вот... жизнь так повернула, что пришлось. Хотя она не жалела об этом. Она сама и предложила свои услуги Марго.
Шла как-то поздно вечером и увидела девочек на трассе за деревней. Холодно было, а они в коротких юбочках, платьицах, на высоких каблуках стояли, переминались, ждали... Подъехала машина и из неё вывалилась одна из них. Она еле держалась на ногах, платье было разорванно, по подбородку текла тонкой струйкой кровь. Девушки подбежали к ней, подхватили, посадили прямо на пыльную дорогу у шоссе.
-Дайте таблетку, - простонала она. Те засуетились, что-то сунули ей в рот и дали запить из бутылки. Тут она и подошла.
-Что ты пьёшь?- строго спросила баба Глаша.
-Обезболивающее. А вам какое дело?
-Никакого, -пожала старуха плечами. И ушла. А утром пришла к Марго и долго с ней разговаривала. Кто и что говорил, чем она убедила женщину, никто не знал, как и то, какова, так сказать, цена вопроса, но бабка с тех пор постоянно их осматривала, подлечивала травами, шептала какие-то слова. И выздоравливали они теперь очень быстро.

Вот и сейчас она вошла со сосредоточенным лицом, никого не видя, кроме Нины.
-Как зовут её?
-Нина.
-Юля же теперь.
-Мне надо настоящее имя. Нина, значит?
-Да.
-Выйдете все. Ты, Вика, останься.
Никто не стал ни возражать, ни спорить, перешёптываясь, потихоньку вышли.
Баба Глаша остмотрела девушку, задрала её платье до самого горла, провела руками по всему телу, потом, опустив подол, так же провела по рукам, а потом и по голове. Тут задержалась и сказала Вике:
-Я сяду в изголовье, а ты сядь ей на ноги и держи руки крепко. Ты справишься, я знаю,- и старуха кинула на девушку какой-то особенный взгляд.
Бабка пересела в изголовье, взяла Нину за голову с двух сторон ладонями и стала что-то говорить, всё громче и громче, но что она говорила, Вика всё равно не понимала. Вроде, молитва, а слов не понять. Она сжимала руки Нины и вдруг почувствовала, как они начали подрагивать. Ноги тоже...

-Вот сейчас держи сильно!
Вика и так все усилия прилагала, навалившись уже всем телом на девушку, а она извивалась и пыталась вырваться, крича то "Юлька", то "Петро", то "мамо". Так продолжалось долгие десять минут, не больше... Но для Вики это было, как минимум час. С неё пот градом катился. А Нина, наконец, открыла глаза и уставилась на старуху.
-Ввы... кто?
-Никто, просто полечила тебя. У тебя был припадок. Баба Глаша я,-смягчилась вдруг она и покачала головой,-куда вас, девки, несёт...- и, продолжая качать седой головой, вышла.

Вика встала, наконец, с ног Нины и пошла, пошатываясь в душевую, а Нина пыталась вспомнить, что было до того, как она впала в забытьё. Тоже встала, одёрнула платье и, шатаясь, как во время шторма на корабле, вышла в коридор. Все радостно её встретили:
-О, живая, слава богу!
- У бабы Глаши все живые, она не даст умереть.
-Нина, как ты?
-Бледная какая!
Все окружили её, тормошили, потом потащили в столовую.
-Обед! Все на обед!
Когда они проходили по коридору, то столкнулись с бабой Глашей. Та почему-то задержалась и теперь смотрела на них, качала головой и шептала что-то. Нина услышала скорее обострившимся внутренним слухом, что она шепчет себе под нос:
- Не все, не все... не все...
О чём она, кто не все, Нине не до того было, чтобы разгадывать эту загадку.
После обеда все девушки легли спать. Нина начала понимать-почему. Вечером- на "работу".

Часов в восемь заглянул Вася и всех разбудил. Нина не спала и с трепетом ждала, что её тоже потащат на "панель". Но её оставили в покое на сегодня. Она задумчиво сидела на кровати. Потом стала перестилать мокрую ещё постель и вынуждена была перевернуть матрац. Он был сухим с другой стороны. А под ним Нина нашла общую тетрадь. Она повертела её в руках, увидела внизу-"Софья" мелким почерком и отложила ей в сторону. "Потом посмотрю",-подумала она и продолжила перестилать постель.
Но пришла Марго и стала на неё кричать, чтобы прекратила фордыбачить и что всё равно её дорога на панель, у неё на лице это написано, поэтому она сюда и попала, и, если не согласится по-хорошему, будет ей по-плохому. Что по-плохому, не сказала. Чтобы думала не больше двух дней. Счёт дням пошёл.

Сегодня второй день. Нина считала их. Она ни с кем не говорила про угрозы "хозяйки" заведения, не знала, кому можно, кому лучше не говорить... Нравились две, кого она выделила для себя- Вика и Тереза. Одна нравилась за её похожесть характером на Юльку, другая такая солнечная вся была! Глядя на неё, душа оттаивала и казалось, что всё будет хорошо.

Опять все уехали. Нина осталась одна. Вспомнила про тетрадь. Всё никак не было момента прочитать.
Девушка, оглянувшись на всякий случай на дверь, открыла первую страничку. Соня тоже была со своим именем, как и Вика, только модернизированным.

" Она предложила неплохие деньги. У нас я столько никогда не заработала бы. А Павлика кормить же надо, мама одна не справилась бы. И я согласилась. Ну... что такого, ладно, я же не потому, что я вот такая, а потому, что деньги нужны. Павлику на еду, маме на лекарства, диабет - штука такая, не очень хорошая.
Страшно только первые два раза, потом привыкну..."

" Вчера уговорила одного клиента помочь отправить деньги. Марго стала зажимать, не заплатила, как обещала, уже несколько раз. Теперь я стала копить, откладывать. Попросила этого, не помню, как он назвался. А отправил он или нет... Не знаю. "

"Приезжал этот мужчина снова. Привёз квитанцию. Сказал, что ему не трудно, может и ещё, когда надо, чтобы просила. Он теперь мой постоянный клиент. И платит больше, чем по тарифу положено. Те, что больше, отправляет домой маме."

"Вчера приехала новенькая, Вика. Удивительно, как мы с ней похожи! Она о себе ничего никогда не рассказывает. Может, пока? Потом, может, что-то и расскажет. Мы сдружились с ней. Она очень добрая, заботливая. Но строгая. Меня ругает, если я не лечу простуду. Девочки пьют лекарства горстями прямо на трассе, пока нет клиентов. Сопливые и кашляющие никому не нужны. И Вика следит, чтобы я не простывала. Она очень переживает за Павлика, что он один, без меня там. Я бы без Вики тут, наверное, с ума сошла. Удивительно всё же, как мы с ней похожи! Нас реально путают иногда!"

"Недавно к нам приходила очень пожилая женщина, о чём-то говорила с Марго. Теперь знаем, о чём. Это бабушка Глаша из деревни, сказала, что будет лечить нас. А то жалко ей нас, что пьём всякую ерунду на шоссе. Она и правда лечит теперь. Травами, припарками, всякими настоями. И реально помогает. Даёт стакан с какой-то бурдой непонятного цвета, говорит- пей, по два глоточка, но в течение дня чтобы выпила! и пьём. И легче потом реально. Спасибо ей!"

"Мой мужчина сказал, что может мне помочь с деньгами, просил просить отступного у Марго, но она мне отказала. А он уже несколько дней не появляется. Жаль... Снова кого-то искать? Кого?"

"Решила, всё же, снова попросить Марго отпустить меня. Пойду сегодня!"

"Я говорила с Марго. Она сказала, что на меня слишком много денег уходит за обслуживание- проживание, кормёжка в столовой (так и сказала-кормёжка!)А теперь, типа, и за лечение наше она платит бабушке Глаше. Я спросила, сколько она хочет денег, чтобы отпустить меня к сыну? Мама болеет. Она прицепилась к этому- откуда знаю? Если пишу, то как письма получаю? Сюда же не приходит почта. Стала меня чуть ли не трясти. Пригрозила карцером с крысами. Я их боюсь до ужаса. Объясняю, что у мамы диабет и он с моим отъездом никуда не делся, а она не верит. В общем, потом сказала, что хочет сто тысяч. Это на всю жизнь, выходит, я тут застряла?"

" Приезжал мой мужчина. Сказал, что был в командировке, но деньги отправил, как и раньше. Спасибо ему. Все квитанции у меня лежат. Рассказала про то, что просила отпустить и озвучила сумму отступного. Он сказал, что даст мне её. Неужели, правда? Неужели, я отсюда уйду, наконец?"

" Прошло уже две недели. Его снова нет. То, что я откладываю, совсем мало. Снова кашляю. Бабушка Глаша сказала, что у меня лёгкие слабые и поит меня какой-то гадостью. Но легче с неё. Она ещё и шепчет молитвы, к деве Марии обращается, сама слышала. "

"Приехал Вадим. Привёз деньги. Как я их отдавать буду? Не знаю даже. Дам и скажу - возьмите, а я поехала? Всю трясёт. Никому не говорю, даже Вике. Может, надо сказать? У Марго этот сидит постоянно, странный такой, Эдик. Ни на кого не смотрит, пилит и пилит свои ногти. У меня от него почему-то мурашки бегут. Хотя кричит всегда только она."

"Всё, пошла"

На этом записи закончились. И как раз, только Нина закончила читать, как услышала шаги по коридору. Она быстро сунула тетрадь под матрац. И вовремя. Зашёл этот угрюмый охранник, Вася.
-Пошли, вызывают тебя на ковёр.

Нина встала и пошла за ним, мельком глянув на часы на стене- два часа ночи. Что могло им понадобиться от неё в такое время?

Они поднялись на третий этаж, о котором она и не подозревала. Оказывается, есть и такой. Дверь была в глубине этажа, одна и была, остальное - чердак.
Василий открыл перед ней дверь и буквально втолкнул туда. А дверь закрыл. Сам остался с другой стороны, не вошёл.
Нина растерянно стала озираться- полумрак и... сидят эти, охранники, четверо. И улыбаются так ехидно все. А в углу у дверей сидит Эдик со своей пилкой. Пилит...
Нина дёрнулась обратно, но дверь была закрыта.
-Ну что, не захотела по - хорошему, будем учить тебя, -сказал один из них. Нина попятилась, но упёрлась в стену. Тогда попыталась проскочить мимо этого шкафообразного и он пропустил её, но толкнул в сторону другого.
-Танцев хотела? Сейчас потанцуем!
Так они и веселились, толкая её от одного к другому, ржали и срывали по частям одежду. Нина плакала, кричала, но кто бы её ещё и слушал...
-Дяденьки, не надо, я вас умоляю!... Пожалуйста!... Не надо!... Я боюсь!.. Не трогайте меня!

Но им все её крики были, кажется, только в радость. Гоняли, как зайца, по комнате. Кто поймал, тот и полапал, кто за грудь, кто сзади, кто спереди, кто целовал в разные места. Они и сами пили прямо из горла водку, и в Нину вливали насильно:
-Пей, а то орёшь громко.
Наконец, на ней уже ничего не осталось кроме трусов. После этого они её окружили и стали разыгрывать в бутылочку. На кого она укажет, тот первым и будет.
Уже в первые десять-пятнадцать минут Нина "вышла" из себя и уселась на подоконнике. Она смотрела за метаниями своими со стороны и удивлялась:" Ну и чего ты кричишь? Кого умоляешь? Их вон сколько, аж четверо и этот, Эдик, сидит у дверей... Им нет дела до тебя, дурёха. Надо было Юльку слушать, что теперь кричать и бегать. Не позорься уже". Но та Нина, что бегала, не могла не кричать. Ей было страшно. А когда с неё стащили последний оплот, она сорвала голос и теперь только хрипела.
После первого был второй, потом третий... От боли, стыда и беспомощности она уже не могла сопротивляться и была в руках этих мужчин, как кукла тряпичная.
Нина не видела, как открылась дверь и ворвались к ним три девушки- Вика, Тереза и ещё одна, из другой комнаты, Нонна. Они на ходу скидывали свои одежды и растаскивали возбуждённых мужчин от Нины.
Наверное, это спасло её от смерти. Она уже ничего не видела и не ощущала, ни того, что кто-то на ней что-то делает, ни вообще что происходит вокруг. Всё слилось в одну мерзкую маску с поросячьей, хрюкающей мордой. Но почему-то в этот раз отключиться сразу не получилось.
Остановил оргию тот же Эдик. Он встал и сказал:
-Всё, хватит с неё. Все по местам разбежались.
Удивительно, но охранники сразу послушались.
-А что с ней делать? Она уже и не шевелится.
-Несите в лазарет. И за бабкой смотайтесь. У неё кровотечение, надо останавливать.
Дальше всё, туман и темнота...


ЧЕТВЁРТАЯ ЧАСТЬ.

Очнулась Нина от того, что кто-то тихо ругался около неё. Она с трудом разлепила разбухшие веки и сквозь полуопущенные ресницы увидела этих двоих - Марго и Эдика. Он сидел, как всегда, со своей пилкой, а Марго где-то сбоку, Нина только силуэт её видела справа от себя.

- Заткнись уже, Эдик! Говорил, говорил... Мало что ты говорил. Она уже мне должна дофигищи денег- и за проживание, и за лечение.
-Старуха денег не берёт.
-Ну и что? Счёт-то я могу выставить. Кто знает об этом? Эх, до сих пор жалею, что она Юлю свою не уговорила. Но девка- кремень.
-А если не вылечит? Старуха сказала, что слабая она, пятьдесят на пятьдесят, пока не ясно, в какую сторону повернёт.
-Ну... сдохнет, закопаем с Сонькой рядом. Делов-то куча...
Всё поплыло и Нина снова впала в забытьё.

Когда очнулась, всё ещё был полумрак и рядом кто-то что-то шептал. Она скосила глаза и увидела склонённую голову в платке и шёпот. Баба Глаша...
Как она почувствовала, что Нина открыла глаза? Неспешно поднялась и села на стул рядом, у изголовья. Прижала палец к губам и стала говорить так же тихо, как и до этого:
-Изуверы... И ведь не скажешь никому... Все продались сатане... Не знаю, как ты сюда попала, явно, по незнанию, но вот выйти удастся, я точно знаю... Приедет твой принц на зелёной карете... Увезёт тебя...
Нина слушала и не могла понять, что она говорит- просто подбадривает или правду. Кто приедет? Какой принц, какая карета? В голове стоял гул, в ушах звон... Она успела только сказать:
-Софи убили... - и снова потеряла сознание. Но с этого момента её поправка пошла на лад. И действительно, через неделю она уже самостоятельно могла передвигаться и её спустили в комнату к девочкам.
Был тихий час. Девочки спали. Нина забралась с ногами на кровать и, сунув руку под матрац, нащупала тетрадку. Она была на месте, чуть ниже изголовья. Увидела карандаш на тумбочке у Терезы, потихоньку встала, взяла и снова забралась на кровать. Карандаш был для бровей, коричневый, но Нине было всё равно, пишет и ладно. Она открыла на том месте, где Сонины записи закончились и написала:"Они её убили. А где закопали, не знаю. А Вике сказали, что она уехала домой. Я слышала, как они об этом говорили при мне, когда я лежала без сознания, а я как раз пришла в себя. И меня сказали убьют, если я не выйду, наконец, с девочками. Идти не хочу. Жить не хочу. Пусть уж убьют. Плевать. Жалко маму. Не узнает даже. Кто ж скажет ей".
Убрала тетрадку обратно, а карандаш постаралась подточить, как был, чтобы незаметно было, что им писали.


Когда девочки, часов в пять, стали просыпаться, они увидели Нину, свернувшуюся калачиком на кровати. На ужин они утащили её с собой. Разговаривать она не могла и была даже рада этому, потому что, если бы её начали спрашивать о том, что и как, она не смогла бы рассказать. Но девчата и не спрашивали, сами были свидетельницами всего произошедшего. Нина смутно помнит их там, но что были, помнит.

Марго снова приходила, когда их уже не было. Сказала, что последний ей срок - три дня, чтобы окончательно оклемалась и уже начала отрабатывать за те убытки, которые она, Марго,
понесла. Всплыло в памяти: "... денег не берёт..." "сдохнет, закопаем..." Нина задумчиво смотрела на орущую на неё женщину и думала. Сказать, что она всё знает про Соню? Это точно подписать себе смертный приговор. Она ничего не ответила беснующейся мадам, решила отложить это на последний день. Та, наконец, вышла, хлопнув с остервенением дверью.
Поискав глазами, чем ещё можно писать, увидела простой карандаш в углу комнаты. Кто-то, видимо, уронил и не нашёл. Быстренько его приватизировав, Нина уселась в уголочке кровати и снова написала в тетрадке:" Приходила М. и орала благим матом. Опять угрожала всеми страшными карами, а я слышу только одно -"сдохнет, закопаем, как Соньку". Уж и закопала бы. Интересно, кто закапывал, она сама, что ли? Ладно, у меня ещё два дня в запасе."
Нина подумала и нарисовала цветок на страничке. Она когда-то очень хорошо умела рисовать... в прошлой своей жизни, давно. Господи, а сколько прошло времени-то? Ей казалось, что как минимум пол-года...
Когда девчата вернулись с "работы" утром третьего дня, Вика бесцеремонно подняла Нину с постели и уволокла на завтрак. По дороге сквозь зубы процедила:

-Сегодня ночью пойдёшь с нами. И не возражай! Так надо! На тебя всё равно, на такую дохлую, никто не клюнет, но как только я тебе скажу- иди к машине и не сомневайся. Если меня не будет- зелёная "Лада".
Нина тут же вспомнила -"зелёная карета". Хм, что знала баба Глаша и что знает Вика? Совпадение? Понятно, что говорить, когда тут столько ушей, всё не будешь, поэтому они замолчали сразу, как только зашли в столовую.

Весь день у неё не выходил из головы разговор с Викой. Но та держалась от неё на расстоянии и больше не подходила. Может, её Марго уговорила таким образом выманить девушку из дома?
Не может быть... С трудом верится в такое. Ближе к вечеру все стали одеваться, собираться, краситься и Нина неожиданно тоже попросила косметику. Все замерли, а Инга, оглянувшись на остальных, протянула тушь. Девчата дали ей, у кого что было, и Нина дрожащими руками пыталась что-то сделать со своим лицом. Подошла всё та же Инга и решительно взялась за дело.
Через минут двадцать Нина уже мало чем отличалась от работниц древней профессии. Все остались довольны работой местного "визажиста" и одобрительно похлопывали Ингу по спине:
-Ну ты просто бомба!
-Ничё себе! Как ты её!
-Юлианна, ты сногсшибательна!
Нина не сразу вспомнила, что это она Юлианна, а вспомнив, неожиданно засмеялась, что явилось такой же неожиданностью для всех.
-Ну оживает, слава Богу!
Пришла Марго, поискала глазами и спросила с раздражением:-Где эта, мымра тощая, или её понос прохватил?
Девочки, посмеиваясь, показали ей на Нину и она вытаращила глаза:
-А ты ещё и ничего! - она одобрительно обошла вокруг девушки, повертела её и так, и сяк, потом сказала:
-Пошли, одену тебя,- и потащила Нину за собой.
"Знала бы Юлька, что меня ЗДЕСЬ нарекли её именем, убила бы меня",-подумала Нина по дороге. Мадам завела её в кладовку, "гардеробную", как её называли девчата и стала выбирать, во что её нарядить. Поскольку уже было прохладно, всё же - осень не лето, были выбраны оранжевые лосины, под них чёрные колготки, красная тряпочка на верёвочках, именуемая блузоном, и сиреневая курточка по пояс. Завершали ансамбль фиолетовые полусапожки и розовый шарфик. Одев девушку, Марго опять повертела её и осталась довольна произведённым эффектом.
-Для первого раза пойдёт,- сказала она удовлетворённо.

Их повезли на огромной чёрной машине, то ли БМВ, то ли ещё как она называлась, Нина не рассмотрела в потёмках, запихнув восемь девушек сзади и одну впереди, рядом с Эдиком, который их отвозил на место.

Трасса была пуста и продувалась насквозь сильным ветром. К тому же и дождь намечался.
-Эх, ну и погодка! Нормальный хозяин и собаку не выгонит...-проворчала Тереза.
-Так то нормальный...
-А мы, кажется, хуже собак для них.
-В карцер захотели?- лениво поинтересовался Эдик.
-Шёл бы ты вальсом в темпе шейка, -огрызнулась Вика.
Эдик глянул из-подлобья на неё и промолчал.
Девчата рассыпались вдоль колеи и, чтобы не замёрзнуть, стали бегать друг за дружкой. Нина не участвовала в беготне. Она просто облокотилась спиной к столбу и смотрела на них. Вика тоже не бегала. Она смотрела вдоль трассы в одну сторону, явно кого-то поджидая. Увидев машину, напрягалась, но, поняв, что не та, расслаблялась и со скучающим видом смотрела на девчат и смелась над ними, что-то весело выкрикивая. Нина видела, что Эдик наблюдает за ними обеими, но не знала, как себя вести- бегать, как девчата, смотреть на дорогу? Она предпочла остаться там, где была, но Вике намекнула, просипев ей подойти и глазами показав на Эдика, что он "бдит". Она хмыкнула и тоже встала, прислонившись к тому же столбу, но наблюдать за дорогой не перестала, просто повернулась лицом в ту сторону.

Подъехавшая машина была явно не Викина, потому что она осталась к этому Рено равнодушна. Как и тот, кто там сидел. Он забрал яркую Терезку. Нина видела, как подходил к машине Эдик, произвёл расчёт и машина уехала. Потом уехала Инга. Вика начала нервничать, что ей было несвойственно.
Неожиданно подошёл Эдик и сказал, кивнув на Нину:
-Голову даю на отсечение, что её никто не выберет.
Вика зыркнула на него, но ответила спокойно:
-Смотри, прозакладываешься.
Тот только ухмыльнулся и отошёл к машине. Подъехала "Лада". Зелёная. Опустилось до середины стекло и рука поманила... Нину. Она растеряно оглянулась на Вику. Та быстро подошла первая, что-то сказала водителю и отошла, громко возмутившись:
- Да и не надо, не больно хотелось! Вот козёл!
И к Нине:
-Ну что встала, как вкопанная? Клиент приехал, садись в машину!
И Нина пошла. Но сначала, оглянувшись на подругу, прошептала:
-Если что, у меня под матрацем.. тетрадка, Софи... её убили...
На ватных ногах подошла к машине и трясущимися руками дёргала за ручку двери, хотя та уже была открыта, кое как села сзади и оглянулась на Вику. Подошедший Эдик протянул руку за деньгами, водитель что-то сунул ему, приоткрыв окно ровно на столько, чтобы сунуть деньги и рванул с места на всей скорости.

Долго ехали молча. Нина боялась даже высунуться из-за сиденья. Она чувствовала, как волны страха накатывали на неё то и дело, доводя до обморочного состояния. Как долго ещё они будут ехать? Куда он вообще её везёт? Но что-то спрашивать не решалась. Будь уж, что будет...
Часа через три, не меньше, оказались в Москве. Но Нина это поняла не потому, что знала, а потому, что проехали большие буквы-"МОСКВА". Она сидела, вцепившись в ручку дверцы и лихорадочно думала, что её ждёт. Вдруг снова их будет много? "Выпрыгну в окно..."А если один, может, можно будет договориться, чтобы отпустил? Мысли влетали и вылетали, силы слабели и слабели, а когда машина вдруг резко остановилась, Нина стукнулась лбом в переднее сиденье и, подняв глаза, увидела... Петра, который смотрел на неё суровым взглядом. Не ожидавшая увидеть его, Нина пискнула что-то нечленораздельное и всё таки потеряла сознание..."

-Очнулась я здесь, на кровати. Он думал, что я молчу потому, что зла на него, а я молчала просто от страха за неизвестность. Петро меня на руках занёс сюда.

Подружки уже основательно напились. Юлька никогда столько не пила, но старалась не терять нить разговора. Конечно, то, что предполагала она, и до половины, оказывается, не дотягивало до того, что оказалось в действительности. Её предположения так далеко не заходили.

- Он меня выхаживал вместе с мамой Галей. Ей сказал, что нашёл меня на каких-то складах, чуть не рабыня была, привязанная к рабочему месту,- Нина хихикнула.- По врачам возил, по всем, по разным, в общем... Я спала отдельно, даже не прикасался ко мне. Я думала - брезгует, наверное, а что ещё-то? А он жалел... Он мне сказал, что, когда искал, наткнулся на Вику, типа снял её и спросил, нет ли у них девушки новенькой, Нины? А она ему- есть! И они договорились, что через три дня он за мной приедет. И она ему всё рассказала, что там было. Вот так я и нашлась. Домой сразу позвонили, что мы вместе живём. Мама хотела приехать, а он не дал. Мне сказал, что сначала чтобы в человека обратно превратилась, а то скелет ходячий. Испугается мама.

Неожиданно в дверях заворочался ключ, дверь распахнулась и в кухню неожиданно ввалилась тётка Галя. Посмотрев на девчат, она сразу оценила обстановку:
-Ой, Божечки ж мои! На кого вы похожи! Шо у вас тут робиться? Скильки ж вы тут вылакали? Нинка, Юлька, вы ж не казали мне, шо пьёте! ээээ, пьянчужки! А налейте и мне, я на поезд опоздала и решила- а ну его, не поеду никуда, раз так.

Она налила себе в бокал, поданный Ниной, вина и лихо его опрокинула:
- С прииздом мене!- вытерла рот и воскликнула:
- А чего вы, девки, сидите, молчите? А давайте заспиваем! Мою любимую!- и тут же затянула :

-Несе Галя воду, коромысло гнеться!
Подружки тут же подхватили:
-А козак за нею, як борвинок, вьется!

И так славно было сидеть, петь песни, смотреть на Нину, тётку Галю, что всё, что говорила только что Нина, просто уходило куда-то, как нереальное что-то... такого не могло быть, а раз не могло, так и не было его...

Продолжение: https://www.asienda.ru/post/53601/


© Copyright: Людмила Галактионова, 2019
Свидетельство о публикации №219051801325
Рейтинг поста:  +16 Не понравилось Понравилось
Москва
19 мая в 23:18
114




Последние читатели:



Комментарии:

Написать комментарий

Новосибирск
20 мая в 8:53
+1  
Спасибо,очень захватывающе!!! Пошла читать дальше!

Руслёна (автор поста)
Москва
20 мая в 10:34
+1  

Ларнака
20 мая в 22:45
+2  
Откуда такие звери берутся, эти охранники да и мадам с этим ублюдком? !! Написано хорошо. Спасибо. Я давно не имела таких сильных переживаний от прочитанного.

Руслёна (автор поста)
Москва
21 мая в 0:12
+1  
Ну как-то так. ДАвно назревал, как нарыв)) Вот...прорвало!


Оставить свой комментарий